Леший — ближайший родственник человека

18 Дек
2012

О лешем (он же троглодит) как нашем ближайшем родственнике пишет убеждённый в его существовании питерский генетик В.Б. Сапунов, автор многих статей, трёх посвящённых этому неуловимому созданию книг (в значительной степени повторяющих одна другую), а также редактор, составитель и один из авторов сборника статей «Леший: экология, физиология, генетика» (Петербург, 1996).

В 1984 году он с группой волгоградских туристов побывал в заповеднике Аксу-Джабаглы в Западном Тянь-Шане. По его словам «экспедиция носила, в основном, разведывательный характер» (В.Б. Сапунов, «Раздумья о снежном человеке», 1996). Но лесоустроитель, встреченный в управлении заповедника, рассказал ему — что в Восточном Тянь-Шане в 1978 году он дважды встретил снежного человека. Это было «человекообразное существо ростом больше двух метров. Только лицо голое, черты вполне человеческие. ...Существо не проявляло ни страха, ни агрессивности, просто стояло и смотрело. ...Из соседних палаток стали выходить люди, зашумели, кто-то побежал за фотоаппаратом. Тут пришелец резко повернулся и исчез в ущелье».

В 1985 году те же туристы, уже без Сапунова, побывали в этом заповеднике. А в 1987 году в журнале «Химия и жизнь» (№ 12) по материалам комиссии Поршнева и этих двух поездок Сапунов публикует статью, в которой обобщает «свидетельства о 140 особях, где были сведения о росте, цвете волос и половых признаках. Все эти данные были обработаны методами биологической статистики, фенетики и теории свидетельских показаний». При этом он «отбросил те, что получены из третьих рук, и те, где не было более или менее подробного описания объекта». Если учесть, что в материалах комиссии Поршнева почти все сведения о встречах с диким человеком получены из третьих рук — совершенно непонятно, откуда взялись 140 особей, сведения о которых были «обработаны». Выглядела эта обработка вполне наукообразно, хотя в конце статьи автор и писал, что «окончательного вывода о реальности снежного человека как биологического вида пока сделать нельзя».

В июле 1989 года некая сотрудница заповедника Аксу-Джабаглы вместе с группой школьников первом часу ночи увидела, как «из темноты выплыла волосатая женщина ростом 1,8 м или около этого, посмотрела на них, блеснула сединой в голове и исчезла в темноте». Как раз в это время к заповеднику приближалась новая экспедиция. В ней участвовало семь человек — председатель волгоградского клуба туристов, химик, инструктор горкома партии, врач-патологоанатом, юрист, биолог Сапунов и техник. Главная надежда была на приманки — тряпочки с феромонами шимпанзе, которые развешивались на заметных местах (феромоны — вещества, выделяемые животными и влияющие на поведение особей того же вида; в этом случае речь шла о половых феромонах, привлекающих самцов). И вскоре после прибытия были обнаружены огромные (32—33 см) следы босых ног, а на рассвете около палаток раздались крики, похожие на человеческие, возникли новые следы, а некоторые приманки были сорваны. «Мне оставалось только рвать на себе волосы по поводу того, что не проснулся, не выскочил из палатки в 6.30 с камерой, не встретился со своим сородичем глаза в глаза» (В.Б. Сапунов. «Между человеком и зверем. Экология снежного человека». Санкт-Петербург, 2005). Вес существа по глубине следа оценили примерно в 250 килограммов. «Но больше удача не повторилась». «Методами полевой экологии мы оценили биологическую продуктивность этих мест, пришли к выводу, что несколько десятков пар крупных приматов на территории заповедника спокойно могут найти себе пропитание. Были составлены диаграммы распределения растительности, определены основные биологические виды, обитающие на территории заповедника». Звучит солидно. Но оставив «несколько десятков пар крупных приматов» на совести автора, добавлю, что и «распределение растительности» и «основные биологические виды» этого заповедника, существующего с 1926 года, давным-давно были изучены его сотрудниками, и при чём здесь пробывшая около месяца любительская экспедиция, совершенно непонятно. Но один из следов, залитый гипсом, был отдан на исследование специалисту по биотехнике; оказалось, что рост оставившего его человека — 2,3- 2,4 метра, он страдал плоскостопием, весил 250—300 килограммов и позволял «воссоздать облик человекоподобного существа, соответствующего описанию гипотетического вида «человек пещерный» (снежный)». Заключение было заверено печатью института вычислительной математики и процессов управления Ленинградского университета. К сожалению, впоследствии таких следов никто из сотрудников заповедника не видел.


 

Комментарии:

наверх