Советские энтузиасты по поиску снежного человека

1959-й год. После неудачи единственной экспедиции, субсидировавшейся (и очень щедро) государством, тема снежного человека в Академии наук была закрыта. С.В. Обручев сложил с себя полномочия председателя комиссии, а в октябре 1959-го в журнале «Природа» появилась его последняя статья на эту тему.

Подробно перечислив сведения в пользу существования йети в Гималаях (припомним, что на Западе продолжался бум поисков этого высокогорного странника), Обручев пришёл к выводу, что «главным ареалом его обитания надо считать южный склон Гималаев в пределах Непала». Отсутствие снежного человека на Памире он считал доказанным и оспаривал утверждение Поршнева («Техника молодежи», 1959, №5) о том, что поскольку ареал распространения легенд о снежном человеке совпадает с реальным ареалом снежного барса, то и барс, и йети относятся к одному фаунистическому комплексу. «В этих обобщениях делаются такие неоправданные сопоставления, что вряд ли они могут рассматриваться даже как рабочая гипотеза». В дальнейшем Поршнев изменил своё мнение и расширил ареал дикого человека почти на весь СССР.

Официально комиссия по снежному человеку была распущена — но Поршнев с учёным секретарём комиссии этнографом А.А. Шмаковым и небольшой группой энтузиастов продолжали работу. Они получили множество писем от людей, заинтересовавшихся этой проблемой, обработали большой массив литературы и решили опубликовать эти сведения. В итоге вышло четыре сборника «Информационных материалов комиссии по изучению снежного человека». Два — в 1958-м, два — в 1959 году. Ещё четыре, по словам Поршнева, остались неопубликованными.

В этих малотиражных (400-450 экземпляров) напечатанных на ротапринте книжечках были собраны выдержки из статей и книг западных исследователей — Иззарда, Стонора, Шиптона, Слика и многих других, а также обширные материалы Хахлова и выдержки из дневников Пржевальского (где говорится о диком человеке как существе баснословном). Основной же массив сборников составляли сведения, собранные этнографической группой экспедиции 1958 года, а также многочисленные письма, полученные комиссией. Приведена там история, которую историк Парфёнов слышал от П.К. Козлова: в третьей экспедиции Пржевальского казак Егоров, заблудившийся зимой в горах Нань-Шань и чудом найденный через пять дней, будто бы видел диких людей (ни Пржевальский, подробно описавший поиски незадачливого спутника, ни сам Козлов об этом нигде не упоминают). Востоковед Юрий Рерих, сын замечательного художника и вдохновенного мистика Николая Рериха, рассказал Поршневу об убеждённости жителей Гималаев в существование йети.

В «Информационных материалах» печатались и полученные комиссией сведения из других стран, граничащих с СССР, в частности Монголии. Бывший работник особого отдела мотобронебригады, участвовавшей в боях с японцами у Халхингола, написал о двух случайно убитых в районе конфликта «волосатых людях» (позднее рассказ о двух таких людях, но не убитых, а пойманных, был опубликован со слов одного из приближённых маршала Рыбалко). Вошла в «Информационные материалы» и переписка с монгольским учёным Ринченом, пересказывавшим ходящие среди кочевников-аратов истории о встречах с дикими людьми-алмасами и «верблюдозверями» темен-гуресу. Много подобных быличек собрал и его учитель профессор Жамцарано, погибший в годы Большого террора, бушевавшего и в Монголии.

Комментарии: